December 23rd, 2013

После шторма

Посмотрели Before Midnight. Не уступает двум остальным, с той разницей, что непросто смотреть на своих ровесников, на плечах которых тяжкий груз нереализованного и недоговоренного. За десять лет они состарились. С 20 до 30 они почти не изменились внешне, а теперь видно, что им 40. И понятно, что с тобой произошло то же самое: видно, что тебе 40, и тот же груз нереализованного.

А Ходорковский сорокалетним никогда не был: его посадили в 39, выпустили в 50. Вырезали 10 лет из жизни. Все сознательное детство младших сыновей, с 4 до 14, уместилось в этот промежуток, прошло мимо. Отпустили и двух молодых матерей, принесенных в жертву жирномордому патриарху Гундяеву. Немногих освободили, многих оставили в неволе.

Ледяной шторм, подобно путинскому левосудию, частично обесточил Торонто, поделив горожан на везучих и невезучих даже не кварталами, а кусочками кварталов, фрагментами улиц. Кого-то за двое суток амнистировали, восстановив электричество, кто-то остался в минус 12 без тепла, света и воды. В одних домах кипит жизнь, ютятся подмерзшие друзья из обесточенных кварталов, носятся стайкой дети, в других – жители поднимаются в кромешной мгле пешком на двадцатый этаж и ночуют в зимней одежде или же – ни души, гибнут в тишине аквариумные рыбки. Жизнь замерла, но не целиком, а выборочно. В городе невероятно красиво, на каждом  шагу – причудливые ледяные инсталляции, а еще – жутко: поваленные деревья лежат поперек дорог, надломленные – угрожающе нависают над домами и проводами.

06224
Фотографировал cigolerup