Посмотрели многосерийный телевизионный фильм «Уходящая натура», который принято сравнивать с «Оттепелью» из-за общности темы и сюжетной схемы. Действительно, в обоих фильмах герой мечтает снять стоящий фильм, а вынужден работать над госзаказом про сельскую жизнь, причем по воле случая на две главные женские роли утверждены его жена-ровесница и молодая любовница, а жизнь осложняет талантливый друг с большими странностями. Схема одна, но жанр – разный. «Оттепель» – фильм-сказка: он не о жизни эпохи шестидесятых, а о мечтах того времени. Девушки не носили таких платьев как в фильме, но хотели бы носить, не вели себя так вольно с мужчинами, но воображали, что могут. В ту эпоху принято было мечтать, и мечты были несоразмерны эпохе. В «Оттепели» современные люди играют в людей шестидесятых: поют, шутят и разыгрывают друг друга. «Уходящая натура» – фильм о предолимпиадном застое, приземленный и повседневный, без песен и розыгрышей. Доля сценической условности невелика: даже игрушечное ружье не стреляет. Село снимают не в съемочном павильоне, а в обычной советской деревне. Членов съемочной группы селят в избах вместе с колхозниками: на этой почве возникают драки, конфликты, сопереживание, любовь. Не стану пересказывать сюжет: скажу только, что этот фильм, судя по всему, врежется в память глубже, чем «Оттепель», которую, впрочем, я тоже смотрела с удовольствием. Я помню конец семидесятых, когда запрещено было шутить и мечтать. Помню, как один папа на детской площадке пародировал Брежнева, и я стала допрашивать маму, кого он изображает, а мама смущенно сказала: «Одного космонавта, ты не знаешь». Помню атмосферу лицемерия и идеологического абсурда, в которую немедленно погружались первоклассники начала восьмидесятых. Вот и актеры все это помнят и играют своих родителей, искренне и правдоподобно. В фильме почти нет откровенных злодеев: и в киночиновнике, и в маститом авторе есть что-то человеческое. Жить можно, надо только запретить себе мечтать, потому что выше головы не прыгнешь. Снимать про колхозников, играть в молодости «зайчиков и белочек, а ближе к пенсии – кикимор», зарубить жену топором за то, что полюбила другого – из таких вот простых радостей и состоит человеческая жизнь.