MarBLe_MELon: Близко к тексту (sumka_mumi_mamy) wrote,
MarBLe_MELon: Близко к тексту
sumka_mumi_mamy

Categories:

Самостоятельность

Вы, конечно, не знали, что всех своих детей Катя заводила вовсе не одна, а в браке, что все мужья безумно любили Катю и будущего ребенка и мечтали растить его вместе с ней. К тому времени они уже успевали полюбить ее детей от предыдущих союзов и почему-то не догадывались, что скоро их ребенка так же беззаветно полюбит следующий муж. Так почему все ее жалели и поддерживали, считая самоотверженной, вечно одинокой мадонной? Каким образом она стала кумиром самостоятельных мам, которые наперебой записывались на ее семинары? Я не стану вам рассказывать, как ей это удавалось: вы все равно так не сумеете, да вам и не надо.

Катя обычно рассказывала, что родила первенца от бедного французского художника, с которым у нее в студенческие годы случился пылкий роман. В действительности студенчества как такового не было. У двадцатилетней Кати заканчивался очередной академический отпуск, и родители проявляли признаки нетерпения. Лишних денег в доме не было. Они потратились на блатных репетиторов, чтобы пристроить единственную дочку в университет, но первый курс она так и не одолела. Со слов Кати выходило, что родители – бессердечные монстры, но такими их видела только недовольная дочь. Кроткие и деликатные, они всегда были на подхвате и брали на себя воспитание внуков, когда подходящего мужа вдруг не оказывалось под рукой. Однако в тот год родители намекали ей, что человек, которому до такой степени не дается учеба, может задуматься о работе. В Катины планы это совершенно не входило: ей хотелось рисовать. Со своим первым мужем она познакомилась на тусовке художников.

Да, он был именно мужем, а не любовником, и вовсе не французом, а русским, хотя и живущим в Париже. Катя заканчивала французскую спецшколу, числилась на филфаке, но языки ей не давались, и все ее мужья были русскими. Он и вправду был художником и сумел вырваться во Францию еще в застойные времена благодаря таланту первой жены – именно ее разглядели и пригласили. Сам он имел умеренный профессиональный успех и зарабатывал преподаванием в Академии. В начале девяностых он впервые после отъезда в одиночестве посетил Москву – жена не захотела. Брак их был открытым, с его стороны. Он увлекся Катей и пригласил ее погостить. Жена на подобные увлечения привычно закрывала глаза, но Катя была особым случаем и полгода спустя, уже беременная Левкой, вышла замуж за французского гражданина. Внешность у нее была самая обыкновенная, шутки – банальные. Третий муж, напившись, признался однажды, что Катю мало интересовал секс. Трудно в точности сформулировать, отчего всего теряли голову. Она просто умела. В Кате было уникальное чувство момента.

Второй ее муж был математиком, профессором американского университета. Он прилетел в Париж на один семестр, а обратно улетел уже с Катей и трехлетним Левкой. Этот муж, в основном, и растил Левку. Еще, конечно, Катины родители. Левкин отец после развода с Катей вернулся в первую семью, а сама Катя была слишком занята работой, и никто из родственников не смел спрашивать, что это за работа, отнимающая все время и не приносящая дохода. В то время Катя работала детским поэтом. После рождения Левки она записала рифмованные четверостишия (все матери бормочут нечто подобное, купая и укачивая детей) и издала хлопотами первого мужа книжку. Потом Катя опять работала художником, а позднее, как вам известно, просветителем, неизменно подчеркивая, что она, прежде всего, счастливая мать.

Судьбоносный поворот в ее профессиональной жизни случился в конце девяностых. Перед рождением дочки Ани она отправила Левку к родителям. Прошел год, Левка жил в Москве у бабушки с дедушкой, и Катя как будто про него забыла – она имела такую привычку забывать своих детей у кого-то из родственников. Левке пора было идти в школу, Катины родители забеспокоились: надо было что-то решать, как минимум – в Москве его учить или в Америке. Катя с дочкой прилетела в Москву, намереваясь ее тоже пристроить бабушке с дедушкой на неопределенный срок, но тут взбунтовались родители, к ним присоединился муж, не желавший надолго расставаться с детьми, и в итоге Катя с годовалой дочкой и шестилетним сыном оказалась на подмосковной даче. У мужа все лето были конференции, родители работали в городе и на дачу приезжали только ночевать. Детям пригласили няню, чтобы Катя могла работать. Готовку и хозяйство взяли на себя родители, но у Кати было чувство, что все ее бросили и предали. Именно тогда она завела сайт «Самостоятельные мамы» и стала большим авторитетом у женщин, действительно растивших детей в одиночку: родительских ресурсов в интернете тогда еще было немного. Осенью они всей семьей вернулись в Америку, но Катя регулярно прилетала в Москву вести семинары для родителей, оставив детей на мужа и нянь. В то время ее аудитория уже была шире. Основным ее тезисом было партнерство между родителем и ребенком.

Катя документировала для блога каждый шаг своих детей, о чем те, конечно, не догадывались. Мужей она никогда не упоминала, поэтому у читателей складывалось впечатление, что Катя содержит семью в одиночку. Ее третий муж, банкир, относился к этому феномену с юмором. Левка после развода остался с отчимом-математиком, которого считал отцом. Аня формально переехала вместе с мамой в особняк банкира, но тоже большую часть времени проводила с отцом и братом. Катя время от времени навещала детей, чтобы с ними сфотографироваться. О мамином блоге тринадцатилетняя Аня, гостившая летом у бабушки с дедушкой, узнала от дачной подруги. Оказывается, все ее радости и страхи, достижения и провалы были известны маминым подписчикам, вся ее жизнь прошла на сцене. Любой человек воспринял бы это как предательство, а для девочки-подростка подобное открытие было и вовсе невыносимо. Аня решила остаться в Москве. Вернуться к матери в Америку она наотрез отказалась.

Левка в тот момент уже был студентом. С новым мужем Катя детей не завела. Для ведущего эксперта в области родительства ситуация патовая… и тут возникла Юлька. Считалось, что Катя взяла под опеку запущенную девочку из провинциального детдома и за год развила свою подопечную до такой степени, что та сумела поступить в элитную школу в Англии. На самом деле, Юльку растила в одиночку мама-учительница. Жили они в Текстильщиках, скромно, но весело. Отличница-Юлька ездила в спецшколу в другом районе и в свои одиннадцать лет по-английски говорила лучше Кати. Мама сгорела за полгода от онкологического заболевания. Близких родственников не осталось. Опеку попытались оформить родители Юлиной школьной подруги, но у Кати были связи, она оказалась проворнее. Юлька быстро к ней привязалась и думала, что будет жить с новыми родителями в родном городе и по-прежнему ездить в любимую школу. У Кати были на девочку совсем другие планы: ее отправили учиться в Англию, в пансион со спортивным уклоном для детей богатых родителей. Неловкая, неспортивная девочка с академическими наклонностями была там глубоко несчастна, скучала по старой школе и по новой маме. Одноклассники над ней посмеивались, подруг завести не получалось. Одиночество было нестерпимым. Юлька попыталась покончить с собой.

Кате пришлось оторваться от важных дел и лететь в Англию. Муж настоял, чтобы она вернулась с девочкой в Москву. Там Катя сразу же вознамерилась поселить Юльку у своих родителей, но те были категорически против: с ними уже жила Аня, и все трое понимали, что Юлька была взята им назло. Тогда Катя нашла закрытый интернат для подростков с суицидальными наклонностями и уже почти договорилась, но тут вмешался муж, которого Катино отношение к жизни перестало забавлять. Жизнерадостный циник, он выходил из себя редко, но основательно. Он не успел близко познакомиться с Юлькой, мало про нее знал, но твердо почувствовал, что на его глазах творится злодейство. Муж разыскал семью одноклассницы, которая собиралась приютить девочку с самого начала, предложил всестороннюю помощь, и в результате Юлька оказалась-таки под их опекой, в доме, где все ее любили, и вернулась в привычную школу, к друзьям, с которыми росла. Удивительным образом прогрессивная общественность приняла в этой истории сторону всесильной Кати, но семья одноклассницы выдержала удар. Юлька и сейчас с ними: она уже студентка, и все у нее в порядке.

Катя стойко пережила новую превратность судьбы. Она вдруг вспомнила про старшего сына и, узнав, что тот в университете встречается с мальчиком, решила его публично поддержать. Теперь она была образцово-показательной матерью ребенка-гея. Сыну эта поддержка была совсем некстати. Встречался он одновременно с мальчиком и с девочкой, отношения в этом треугольнике были сложные, делиться ими с Катиной паствой он совершенно не собирался. Катин бывший муж, самый близкий для Левки человек, попытался защитить личную жизнь юноши от вездесущей матери. Катя в отместку стала в разговорах с общими знакомыми намекать, что тот гомофоб. Эта история тянулась пару лет. Отделаться от матери, которая мало внимания уделяла ему в детстве, а теперь претендовала на роль лучшей подруги и конфидентки, у Левки не получалось. А потом он поступил в аспирантуру, мальчик его ушел к другому, с девочкой они еще больше сблизились и обручились, и защитница молодежи Катя вновь оказалась не у дел.

К тому времени еще и отношения с третьим мужем испортились, но оказалось, что на подходе четвертый, на 15 лет младше Кати, успешный стартапер. Катя родила ему дочку Диану и стала развивать тему позднего материнства. Заговорила Диана в три года, ей ставили легкую форму аутизма, потом синдром дефицита внимания, но оба диагноза не подтвердились. Девочка растет здоровая и счастливая, в окружении заботливых нянь, а Катины семинары по взращиванию особенных детей пользуются большим успехом. Между тем у Левки год назад родился сын. Катя с ним уже сфотографировалась и готовит летнюю выездную школу для самостоятельных бабушек.
Tags: Фикции
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 36 comments