Или быть водителем маршрутки
Я уже не первый год веду этот дневник, поэтому решила рассказать правду о своем профессиональном прошлом. В конце концов, вы имеете право знать о том, как я продавалась на Тверской. Впрочем, некоторым из вас все это давно известно, поэтому постараюсь быть краткой.
В детстве я мечтала стать математиком или оперной певицей. И до сих пор, забывшись, я иной раз начинаю вдруг петь или раскладывать многозначные числа на простые множители. Я семь лет проучилась во французской школе и три года в математической. Потом поступила одновременно в Университет на Лингвистику и в Литинститут на отделения поэзии и драматургии: стихи я писала с детства, а пьеса у меня была одна-единственная, но в силу экзотического стечения обстоятельств ее поставили в Австралии. В Литинституте я, впрочем, не училась, но посещала семинар Левитанского, а еще – семинар Ряшенцева при «Юности».
А вот на Лингвистике я училась много и прилежно, но не тому, чему там учили: сначала занималась синтаксисом современной поэзии (Пригов, Кибиров, Иртеньев, Рубинштейн), потом чем-то вроде компаративистики (сопоставлением Саши Черного с Максом Жакобом и Венички Ерофеева с Мишелем Бютором), а диплом в итоге написала о непорядках возрастов в Войне и Мире. По ходу учебы подрабатывала литературным переводчиком и учителем французского языка в школе. Попутно увлеклась экономикой и поступила в магистратуру, но училась там ужасно, тем не менее, меня приняли в несколько очень приличных американских аспирантур (я из тех людей, кто умеет сдавать на сто процентов GRE и прочие тесты, требующие скорости, а не глубины), одна из них была особенно интересной – PhD по маркетингу с уклоном в Behavioral Economics (о ней я до сих пор жалею).
Однако в аспирантуру по экономике я не поехала, потому что в тот момент уже работала сценаристом в рекламном агентстве, поэтому отправилась в заочную аспирантуру на лингвистику и в своей диссертации строила сюжетную грамматику «Темных аллей», позволяющую предсказывать развитие действие на основании внешности героинь. Диссертация была выдержана в жанре «кунштюк». Потом я опять стала переводить романы – начала еще в студенческие годы – и читать в Университете и в Институте рекламы курс «Рекламный текст с точки зрения практика», из которого впоследствии получилась моя книжка «Задачник для копирайтера». Эта книжка была бестселлером и лучше всего почему-то продавалась в книжном магазине на Тверской. Сколько тысяч экземпляров было продано – мне неизвестно, но из всех моих книжек эта продавалась лучше всех (уверена,
utnapishti поймет о чем я).
Потом я сменила рабочий язык и некоторое время вообще ничего не писала, пока несколько лет назад не стали придумываться рассказы. Занимаюсь я сейчас переводами с английского на французский, а для души перевожу детские книжки на русский. Если бы мне сейчас было семнадцать лет, я б стала, наверное, учиться на демографа или на кинокритика. А если бы у меня была возможность зарабатывать на жизнь литературным трудом, то я бы сочиняла сценарии (один у меня уже есть) и пьесы, потому что ощущаю себя, прежде всего, диалогистом: ролики я всегда писала разговорные и романы предпочитала переводить те, где много диалогов. Я наверняка что-то упустила, но, в общих чертах, вы уже поняли, с кем имеете дело, не так ли? Если бы у меня была трудовая книжка – а у меня ведь даже поваренной нет – там бы так и было написано: авантюрист с 20-летним стажем.
В детстве я мечтала стать математиком или оперной певицей. И до сих пор, забывшись, я иной раз начинаю вдруг петь или раскладывать многозначные числа на простые множители. Я семь лет проучилась во французской школе и три года в математической. Потом поступила одновременно в Университет на Лингвистику и в Литинститут на отделения поэзии и драматургии: стихи я писала с детства, а пьеса у меня была одна-единственная, но в силу экзотического стечения обстоятельств ее поставили в Австралии. В Литинституте я, впрочем, не училась, но посещала семинар Левитанского, а еще – семинар Ряшенцева при «Юности».
А вот на Лингвистике я училась много и прилежно, но не тому, чему там учили: сначала занималась синтаксисом современной поэзии (Пригов, Кибиров, Иртеньев, Рубинштейн), потом чем-то вроде компаративистики (сопоставлением Саши Черного с Максом Жакобом и Венички Ерофеева с Мишелем Бютором), а диплом в итоге написала о непорядках возрастов в Войне и Мире. По ходу учебы подрабатывала литературным переводчиком и учителем французского языка в школе. Попутно увлеклась экономикой и поступила в магистратуру, но училась там ужасно, тем не менее, меня приняли в несколько очень приличных американских аспирантур (я из тех людей, кто умеет сдавать на сто процентов GRE и прочие тесты, требующие скорости, а не глубины), одна из них была особенно интересной – PhD по маркетингу с уклоном в Behavioral Economics (о ней я до сих пор жалею).
Однако в аспирантуру по экономике я не поехала, потому что в тот момент уже работала сценаристом в рекламном агентстве, поэтому отправилась в заочную аспирантуру на лингвистику и в своей диссертации строила сюжетную грамматику «Темных аллей», позволяющую предсказывать развитие действие на основании внешности героинь. Диссертация была выдержана в жанре «кунштюк». Потом я опять стала переводить романы – начала еще в студенческие годы – и читать в Университете и в Институте рекламы курс «Рекламный текст с точки зрения практика», из которого впоследствии получилась моя книжка «Задачник для копирайтера». Эта книжка была бестселлером и лучше всего почему-то продавалась в книжном магазине на Тверской. Сколько тысяч экземпляров было продано – мне неизвестно, но из всех моих книжек эта продавалась лучше всех (уверена,
utnapishti поймет о чем я).Потом я сменила рабочий язык и некоторое время вообще ничего не писала, пока несколько лет назад не стали придумываться рассказы. Занимаюсь я сейчас переводами с английского на французский, а для души перевожу детские книжки на русский. Если бы мне сейчас было семнадцать лет, я б стала, наверное, учиться на демографа или на кинокритика. А если бы у меня была возможность зарабатывать на жизнь литературным трудом, то я бы сочиняла сценарии (один у меня уже есть) и пьесы, потому что ощущаю себя, прежде всего, диалогистом: ролики я всегда писала разговорные и романы предпочитала переводить те, где много диалогов. Я наверняка что-то упустила, но, в общих чертах, вы уже поняли, с кем имеете дело, не так ли? Если бы у меня была трудовая книжка – а у меня ведь даже поваренной нет – там бы так и было написано: авантюрист с 20-летним стажем.