Category: дети

Category was added automatically. Read all entries about "дети".

Краткое содержание

Я не умею не разбрасываться. Чтобы сэкономить время читателю и создать иллюзию тематического блога, содержимое сумки Муми-мамы растасовано по карманам.

Переводные картинки – это разные мои переводы, взрослые и детские, с французского и английского.

Фикции – все, что я придумала сама: рассказы из разных циклов, фрагменты будущих книг и тому подобное.

Академический отпуск – околонаучные измышления и упражнения на тему математического моделирования текстов.

ФИльмыкниГИ – размышления на тему увиденного, прочитанного и пересечений между ними.

На стыке культур, Мумизматика, Надуманнее жизни и В мире Маш – наблюдения над культурами, детьми, жизнью и Машами.

Будни переводчика и Близко к тексту – истории из моей жизни, профессиональной и личной.
Проклятая нерешительность и Отпуск на луне – интерактивные истории, в создании которых участвовали читатели, голосуя за финальную реплику каждого эпизода.

Френдополитика

Динкина тропинка – мой первый перевод с иврита.

Те, кому никто не верил – мой первый сборник рассказов, ОГИ, 2020. Заказать книгу в Северной Америке можно здесь.

Общий язык

«Она вернувшемуся с работы отцу отвечает по-английски!» – бушует Игорь, и Катя видит, как нарастает в нем это невесть откуда проклюнувшееся, чуждое, домостроевское. Не было этого, когда они поженились, или она не замечала? Теперь не замечать невозможно: вернувшийся с работы отец, очевидно, существо высшего порядка, отличное от нормального человека, вернувшегося с работы. «Почему я должен такое терпеть в собственном доме? – грозно вопрошает он. – Заметь, с тобой она себе такого не позволяет. Почему ты не научила ее уважать отца?» Как ему это можно объяснить? София же не переводчик ООН, который по заказу переключается с языка на язык. Она – подросток, клубок эмоций. С мамой она действительно говорит по-русски, но у них привычка подолгу беседовать вдвоем, свои шутки, мемы, любимые словечки. А когда Игорь с ней последний раз о чем-то просто говорил? Он ей только замечания делает, придирается по любому поводу. Разве так разговаривают? София раздражается, отвечает по-английски: «Just leave me alone, ok?». А тот в ответ: «Я найду себе нормальный дом, где меня будут уважать!» Это уже что-то новое в его репертуаре, прозвучавшее впервые. И прежде, чем Катя успевает отреагировать, София взрывается: «Go on, никто тебя не держит!» и хлопает дверью.

Collapse )

Ко Дню защиты детей

Расскажите, восстановилась ли в вашей стране (провинции, области, штате) нормальная детская жизнь? Ваши дети ходят в школу, кружки, секции? Разрешены ли детские праздники, концерты, соревнования? Можно будет куда-то поехать на каникулы?

Я живу в самом карантинном городе мира. У нас до сих пор закрыты школы, бизнесы, все детское и все живое. Многие дети уже два года не праздновали свой день рождения и не видели человеческих лиц. Сегодня курс моего старшего сына отмечает окончание университета, но физически университет закрыт уже полтора года. Моя дочка начальную школу тоже окончит в виртульном формате. Интересы младенцев, детей, подростков и молодых в нашей провинции не учитываются совсем. У вас ведь не так?

Современные европейские книжки для детей 11-12 лет

Что хорошего в последние годы переводилось на русский язык с немецкого, голландского и других европейских языков? Почему-то на английский и французский с этих языков переводят вяло, поэтому ищем по-русски. Что сейчас читают ваши дети «промежуточного» возраста?

Запретный досуг по-онтарийски

Запретный досуг – это не то, что вы думаете. Пятиклассница работает над школьным арт-проектом. У нее закончились клей и зеленая краска. Канцелярские магазины давно закрыты. Отправляемся в доллараму. Очередь в кассу идет медленно. Женщина пытается купить конфеты и открытку. Открытку отбирают. Следующая покупательница хочет пробить средство для мытья окон и тряпку. Средство можно, а тряпку конфискуют. Нам пробивают клей, а краску оставляют на кассе – это «досуг», его нельзя. Наверное, клей может понадобиться, чтобы приклеить себя к стулу, поэтому он считается полезным товаром. А краской можно написать на окне «Долой карантин», поэтому она под запретом.

Краска, кстати, стоит 1,5 доллара за тюбик, а онлайн продается наборами по 36 тюбиков (всего 54 доллара). Ребенок из небогатой семьи останется без краски. Подумаешь: прожил без школы и спорта – проживет и без досуга. А ведь его еще одевать и обувать нужно. Дети растут, магазины закрыты. Где им ботинки купить? – Зачем? – отвечают любители карантинов. – Ходить все равно некуда, а дома и прошлогодняя пижама сойдет. Роскошь любить карантины могут себе позволить те, кто покупают краску наборами по 36 тюбиков.

Ларусс в прихожей

Когда в очередной раз закрывают школы – в наших краях этим развлекаются уже больше года – детей просят учебники и тетради разобрать по домам. Мы с Ларой заносим в дом тяжеленный рюкзак, набитый школьными принадлежностями. Все это она потом забирает наверх и раскладывает по ящикам и полкам в своей комнате. А словарь Ларусс до того неподъемный, что так и остается лежать на тумбе в прихожей до лучших времен. Задорный Ларусс для младшего школьного возраста терпеливо ждет, пока младший школьный возраст вновь будет разрешен. Однажды к детям вернутся школы, к людям – лица, к партам – учебники, и следующее поколение счастливых младшеклассников отправится с Ларуссом на выход… А это так и закончит начальную школу в безвыходном положении. Ларусс – в прихожей, обруч – на ковре в гостиной, «в духовом шкафу играет духовой оркестр», дети растут в замкнутом пространстве. Тут Алиса замолчала и грустно прибавила: «Да, но ведь я уже выросла… По крайней мере здесь мне расти больше некуда».

Временный дом

Детям в голову не приходило, что дом им не принадлежит. Они были совсем маленькими, когда их родители решили «поснимать, а потом уже искать что-то постоянное», и вскоре после этого Макс в первый раз ушел, со своей фирменной формулировкой: он был не уверен, что ему «это» (то ли Настя с детьми, то ли семейная жизнь вообще) подходит. Тогда Настя его ждала, с утра до ночи, каждый день. Она едва выживала, совмещая работу с заботой о двух крохотных дошкольниках: страх не успеть в детский сад до закрытия преследовал ее постоянно. Помогали родители и подруги. «Надо было тебе выйти замуж за канадца, не связываться с русским, да еще таким бабахнутым», – говорили подруги, хотя у самих у многих мужья были русские. Настя уехала подростком, школу закончила уже здесь, но у нее была лингвистическая ностальгия, хотелось дома говорить по-русски, ей просто не повезло с этим конкретным мужем, тут не угадаешь. Макс был старше Насти на 10 лет. Он не скрывал, что разведен и не общается с первой семьей. Сразу сказал, что это был «студенческий» брак, и дочь уже «взрослая». Настя впервые увидела его дочку, Варю, когда они уже поженились. Варе тогда было восемь лет, как теперь ее Ане. Варину мать Макс бросил еще беременной, был не уверен, что ему это нужно.

Через несколько месяцев после первого ухода Макс вернулся домой, и покупать, конечно, ничего уже не стали, появилось ощущение временности, хотя именно на ту пору пришелся самый спокойный и радостный период их совместной жизни. Они будто заново обрели друг друга. Макс был заботлив и предупредителен. Он никогда не извинялся, не имел такой привычки, но все делал для того, чтобы домашние забыли о его бегстве. Дети и не помнили, по причине малолетства, а Настя действительно забыла, и когда, пять лет спустя, он это повторил, его новый уход вновь поверг ее в состояние шока. Дети были уже школьниками, в организационном плане пережить одиночество было проще, но ощущение предательства жгло острее. Тогда он пожил отдельно от них недолго, буквально месяц, и примирением было бурным, чувственным, они вышли на новый уровень отношений. Пару лет тянулся их второй медовый месяц, и вот он опять вернулся к своим родителям, отдыхать от незадавшейся семейной жизни, как в предыдущие разы.

Collapse )

Чужие дети

После работы Эдик помчался забирать детей из летнего лагеря. Ксюше было 8, Леве – 5. Жена Ирка работала допоздна, у нее был очередной релиз, за детьми она не успевала. В то лето у них гостила мать Эдика, но она сюда «не нянчиться приехала», да и дети к ней не привыкли. Она за все это время навестила их впервые, раньше Эдик сам летал к матери. Их отъезда мать не одобряла. Они уехали с годовалой Ксюшей, Эдик долго не мог найти работу из-за трудностей с английским, Ирка устроилась на «джуниорскую» позицию. Эдик сидел с дочкой, учил язык. Денег не хватало. И тут еще оказалось, что Ирка беременна. «Пусть твоя Ирина делает аборт: нашла время рожать!» – сказала его мать, а Иркина мама вышла на пенсию и приехала к ним: взяла на себя и малыша, и старшую внучку, и хозяйство. И сразу все устроилось: Эдик нашел приличную работу, Ирку повысили, дом удалось купить. Теща прожила у них два года и вернулась домой. Все теперь было в порядке, только Ирка работала слишком много.

Collapse )

Возвращение Кристиана

Полгода назад я писала о мальчике, которого не отпустили в школу ради бабушки. Целый год – с марта по март – он провел в своей квартире с мамой, папой и бабушкой. Сегодня он возвращается в школу. Одноклассники встречают его плакатами и открытками: дети ждали друга, сопереживали. Кристиан провел эти месяцы в одиночном заточении, а его одноклассники – в школе, больше напоминающей военный лагерь. Они многому научились: каждый день бороться за право быть детьми, стоять друг за друга горой, не выдавать друзей. Сегодня всем детям непросто. Большинство остались без спорта, кружков, полноценных праздников и каникул, а многие еще и без возможности нормально ходить в школу.

Изменились ли ваши дети за этот год? Про своих могу сказать, что они стали взрослее, ироничнее, стараются не унывать и использовать все возможности для нормальной жизни. Тем не менее, мой младший сын (15 лет) констатировал: «У меня забрали самые веселые годы».

Детство на удаленке

Факторы обмена и случайности в виртуальном формате

Виртуальные форматы обучения детей вошли в обиход вовсе не в прошлом году, а с массовым распространением радиоприемника и телевизора. Я росла без телевизора, но не пропускала ни одного выпуска «Радионяни», была большой поклонницей радиостанции «Юность». Большинство моих ровесников дома ждали любимые телевизионные передачи. Лично мне не близка точка зрения, что дети глупеют перед экраном, будь то телевизора или компьютера. Я считаю, что все зависит от человека, а не от формата. Любознательный ребенок всегда найдет для себя содержательный контент, а лентяй – примитивный. Образовательные передачи из поколения в поколение служили стимулом для дискуссий за семейным столом, а иногда и заменяли их – ведь не все родители умеют интересно рассказывать об устройстве мира и развивать своих детей. Школьников десятилетиями чему-то учил человек на экране, но эта форма познания в прежние времена дополняла живую школу, не вытесняя ее, поскольку при такой подаче материала практически отсутствует важнейший элемент обучения – обмен идеями.

Collapse )