Category: фантастика

Category was added automatically. Read all entries about "фантастика".

Ты когда-то кого-то блокировала?

Я уважаю тех, кто со мной спорит. У меня есть постоянные оппоненты, которые практически как соавторы. Когда я пишу дискуссионный текст, сразу представляю себе их возражения и заранее учитываю. Впрочем, у них все равно находятся новые. В тех редких случаях, когда они со мной соглашаются, я бываю растрогана до слез. Я знаю, что такие люди никогда не нанесут удар в спину, а всегда будут спорить с той же прямотой, и очень это ценю.

Я уважаю тех, кто со мной спорит, но не всех. Иной раз я поражаюсь безапелляционной глупости и агрессивному напору своих противников. Впрочем, даже в этом случае я не стираю их комментарии, а оставляю висеть у всех на виду. Мне кажется, что тем самым я помогаю всем остальным увидеть этих людей в истинном свете. Где еще их глупости прочтет столько народу сразу?

Возможность комментировать лично знакомым людям я отключала лишь трижды. Сама бы я и дальше терпела, но мне становилось неудобно, что они со своим самовлюбленным невежеством и своими воинственными нравоучениями приставали к другим комментаторам, мешая нормальному ходу беседы. Трижды за все эти годы. Пожалуй, отсюда можно заключить, что мне везет на адекватных собеседников.
by anhela_lopez

Юваль Харари: хвощи против людей

И в ленте, и в реале все восторженно обсуждают «Sapiens». Книга показалась мне весьма занимательной: провокационный, авторский взгляд на развитие человечества, цельный и последовательный. Акценты расставлены таким образом, что исторические факты предстают в новом свете. Сведущие люди, вероятно, читали книгу именно ради этих акцентов, а я и в фактологическом смысле почерпнула для себя много нового, и изящно-выпендрежным языком тоже насладилась. Однако до чего же причудливы его взгляды! И с какой удивительной настойчивостью и навязчивостью он их продвигает! Харари – веган. Живут они с мужем в общине фермеров-хвощелюбов. У меня сложилось впечатление, что судьбы животных тревожат его куда больше, чем судьбы человечества. Люди в сумме весят 300 миллионов тонн, сытно едят, вместо того, чтобы голодать, почти поголовно страдают ожирением и причиняют домашним животным невыносимые моральные страдания. Когда в моем присутствии кого-то унижают или обижают, я невольно ассоциирую себя с обиженными. Мой BMI меньше среднего по Эфиопии, но читая эту книгу, я почувствовала себя одним из этих бессовестно зажравшихся Сапиенсов и в знак солидарности стала больше есть.
by anhela_lopez

Старение людей и сюжетов

Посмотрели на этой неделе «Летят журавли» (1957) и «Анну Каренину» (1967) с Татьяной Самойловой. В первом фильме Самойлова удивительная красавица, похожая на Одри Хэпберн. Она играет глазами, губами, ресницами – каждой чертой живого, прелестного лица. От двадцати трех до тридцати трех актриса заметно изменилась внешне. Лицо стало статичным, на нем будто тень старости. Она играет теперь интонацией, не мимикой. И 42-летняя Плисецкая, и бывший муж и ровесник Лановой выглядят моложе и живее.

Я замечаю порой на лицах друзей юности (думаю, они на моем – тоже) мимолетное выражение старости. По ходу разговора в их мимике, улыбке на несколько секунд вдруг прочитывается, какими они будут через 30 лет. Выражение лица меняется, и вот уже они такие, как были 20 лет тому назад. Люди сегодня медленно старятся, особенно те, кто занимается интеллектуальным трудом. В 40 лет все еще носят совсем молодые лица, на которых лишь изредка проступает будущая старость. В 60-е годы прошлого века было иначе, но на фоне моложавых коллег Самойлова смотрится женщиной в возрасте, и эта драма занимала меня больше всего.

***
История «Анны Каренины», в отличие от большинства классических сюжетов, легко представима в современном мире. Выбор между возлюбленным и ребенком, которого не отдает влиятельный муж, трагичен в любую эпоху. Даже маргинализация Анны, выпадание из круга воспроизводимы в сегодняшних условиях: можно себе представить, например, что ее травят в интернете, и никто не решается заступиться.

Collapse )
by anhela_lopez

Платочки в руках теребя

На нашей маленькой улице хэллуинских домов всего три. Будем завтра куковать на крыльце при свете тыквы, наблюдать, как течет за перекрестком поток скелетов и колдуний, Гарри Поттеров и беременных монахинь и жадно вглядываться вдаль в надежде заманить пару залетных ведьм с кафедры ядерной физики.
Collapse )
by anhela_lopez

Ошибка

Внезапно обнаружила, что двух своих милейших френдов годами считала одним и тем же человеком. Зовут их одинаково, и ники у них похожие, буквально парой символов различаются, а на юзерпиках практически идентичные зайцы, за которыми угадываются приветливые, интеллигентные лица. Вроде бы, вела я себя с ними так, что догадаться о моем заблуждении они не могли: с обоими обсуждала один и тот же круг тем. Конечно, меня удивляли отдельные нестыковки, но ведь взгляды и пристрастия у людей с годами меняются, и географическая мобильность сегодня высокая, не говоря уже о социальной, а жену Марину творческий человек вполне может ласково называть Аленкой.

Collapse )

Назови четыре последних юбки

В гостях, пока хозяйка дома ставит чайник, или же хозяин дома разжигает барбекю, я пытаюсь вспомнить, что на них сегодня надето – и не получается. Тем более не помню, в чем они были в прошлый раз. Ни у кого из друзей не помню ни одного комплекта одежды. Я воспринимаю людей без одежды – не голыми, а свободными от поверхностной мишуры. Мне несказанно повезло, что вокруг тактичные, понимающие люди и никто не спросит коварно, вылетая с чайником из-за угла: «Ну, какого цвета мои любимые носки?»

Свою одежду я всю помню, но в чем я в прошлый раз была в гостях, никогда не знаю, поэтому боюсь, что в одни и те же дома, по случайно возникшей цветовой ассоциации, являюсь всегда в одном и том же. Хозяева могут подумать, что я годами не ночую дома. Мне несказанно повезло, что вокруг тактичные, понимающие люди и никто, конечно, не спросит где я прячу палатку: все молча ищут ее взглядом.

Призовая игра

Переезжая из города в город, меняя страну, теряешь цельность. Жизнь прерывается в одном месте и возобновляется в другом, немного или совсем другая. Может быть, вы это воспринимаете иначе, но будем считать, что я про пупарников. Смена места работы – уже мини-эмиграция, тем более – смена полушария. Ты преломляешься, как луч. Растешь из надорванного места, как червяк. Тебе кажется, что ты один потерял нить, выпал из колеи, а у них там все по-прежнему, хотя на самом деле, там такие же лучи и червяки, но не суть. В какой-то момент возникает чувство, что почти все потерялись – не вследствие обид или конфликтов, а просто из-за расхождения в часовых поясах, разницы в климате, нещадных расстояний.

Collapse )

Сезонное

При нашем климате разобраться в себе можно только летом. В остальные времена года, прежде чем разобраться в себе, нужно предварительно снять с себя зимний комбинезон, шапку-ушанку и оба свитера – чтобы разобраться ты ли это. В остальные времена года мы не живем, а выживаем, все силы тратим на то, чтобы оттаять, откопаться и завестись, собственным дыханием отогреть за ночь три пары детских перчаток и успеть вырулить в сугроб, когда занесет. Так мы существуем десять месяцев в году, зато остальные два проводим налегке, в гармонии с собой. Сбрасываешь, наконец, все наносное, подхватываешь себя в том самом месте, где оставил год назад, когда начали падать листья, и сразу понимаешь, счастлив ты или не вполне, вспоминаешь, что кого-то давно не звал в гости, а с кем-то и вовсе утратил связь, пока между вами лежали снег и поваленные стволы. Вновь обретаешь возраст – по количеству наших кратких лет – и пол – если ветер приятно щекочет ноги, значит ты точно девочка, потому что мальчики при нашем климате коротких юбок не носят.

Наши улицы за прошедшую зиму потеряли столько деревьев, что стоят теперь среди лета беззащитные и напрочь лишенные растительности, как пленницы в роддомах. А мы прорвались, у нас июль, и будет еще август. И надо успеть все продумать и всех повидать, прежде чем случится новый листопад. Нужно все про себя понять, потому что зимой, под шумок метели, вместо нас нам запросто могут подсунуть кого-то другого. А если вдруг не подсунут – мы сами сделаем вид, что это не мы, впадем в бездумность, и до следующего июля нас уже ничего не будет волновать. Не понимаю, как люди существуют в теплом климате: это же такая ответственность – жить все 12 месяцев в году.

Про историю, у которой пока нет названия

Мне хочется поговорить об инертности, о зависании в состоянии, которое давно уже неактуально, о застывших раз и навсегда амплуа в семье. Бывает, спрашиваешь: «Почему вы никуда не выходите по вечерам?», а в ответ слышишь: «Из-за детей», хотя дети уже такого возраста, что сами выходят по вечерам. Иной раз так трудно заставить себя сменить работу, раскованно себя вести на людях, вырваться из скорлупы, критически взглянуть на собственную повседневность.

Мне хочется поговорить об одиночестве как о частном случае зависания: повторные неудачи, страх разбередить старую рану... по сравнению с этим неловкость на интервью или в компании незнакомых людей, необходимость впервые поддержать small talk или выехать на хайвей – сущие пустяки. Столько замечательных, состоявшихся во многих смыслах людей живут одни, и зачастую даже близкие друзья не смеют спросить, выбор это или стечение обстоятельств.

Мне хочется поговорить о непонимании в браке, о семейных людях, которые, в глубине души, одиноки. О тех, кто умеет радоваться каждой мелочи, и о тех, кто все свои удачи воспринимает без благодарности и вечно всем недоволен. Поскольку работаем мы вместе с Валерой, я надеюсь, что история выйдет не совсем уж мелодраматической, а напротив – жизнеутверждающей и бодрящей. В последние дни несколько друзей, не сговариваясь, вдруг спросили, не включу ли я их случайно, сама того не сознавая, в эту историю. В случае мужских персонажей это исключено, потому что их придумывает Валера. Что касается женских персонажей, то я допускаю, что в некоторых положительных героинях могут угадываться отдельные черты некоторых моих подруг – в частности, среди героинь будут филологи и миловидные шатенки, – однако я постараюсь полностью избежать совпадения обстоятельств личной жизни.

(no subject)

О политике мне сказать нечего, кроме того, что мне глубоко омерзительно то, что Путин делает в Крыму, как и вообще все, что он делает. Я хочу сказать про людей, про то, как я восхищаюсь своими друзьями, реальными и виртуальными. Теми, кто не боялся помогать в Киеве в самые страшные дни, привозил деньги и продукты. Теми, кто выходит на митинги в Москве, зная, что хватают всех, и стариков, и подростков, не разбирая, что случиться может что угодно, а дома дети – и все равно выходит. Теми, кто не боится заявить о своей гражданской позиции, живя в местах, где единомышленников мало. Люди, с которыми я привыкла обсуждать легкие темы, проявляют в тяжелой ситуации редкое мужество. Не ожидала иного, и все равно по-новому горжусь знакомством.